Солдатская сказка Паустовского, бумажный журавлик, семейный фотоальбом, прогулка на запах сирени, птицы майского вечера, «Каникулы Бонифация» и плед на дачу.
Этот выпуск выходит накануне 9 мая, и игнорировать дату глупо. Но и делать из выпуска парадную программу не хочется. Война и дети - сложная материя: большинство «детских» подач войны либо лакируют до плакатной красоты, либо травмируют до ночных кошмаров.
Хороший разговор про память возможен, но он короткий, тихий и идёт через одну книжку, одну фигурку из бумаги и один семейный фотоальбом, а не через три часа документальных кадров. Поэтому здесь два касания темы и несколько майских вещей, которые можно сделать без героизма.
Если в эту субботу нужно как-то поговорить с ребёнком про войну, и вы не знаете, с чего начать, начните с этой сказки. Паустовский написал её в 1945 году. Сюжет простой: крестьянин Пётр Терентьев уходит на фронт, а маленький сын Стёпа на прощание дарит отцу старого жука-носорога в спичечной коробке.
И жук проходит с отцом всю войну: сидит в окопах, видит ракеты, спасает солдата от пули, после победы возвращается домой и улетает на свободу. В этой книге нет батальных сцен, написанных в лоб. Война увидена глазами жука, поэтому самое тяжёлое спрятано за метафорой, и ребёнок воспринимает ровно столько, сколько готов.
5–7 лет: «Твои защитники» Льва Кассиля, «Шёл по улице солдат» Сергея Баруздина. 7–10 лет: «Хлеб той зимы» Эллы Фоняковой, «Девочка из города» Любови Воронковой. 10+: «Сын полка» Катаева и «Иван» Богомолова, но лучше вместе и с паузами.
В 1945 году в Хиросиме была сброшена атомная бомба. Среди тех, кто пережил взрыв, была двухлетняя Садако Сасаки. Через десять лет у неё развилась лучевая болезнь. В больнице Садако узнала японскую легенду: тот, кто сложит тысячу бумажных журавликов, может загадать желание. Она начала складывать, потому что хотела жить.
Существуют разные версии, сколько журавликов она успела сделать. По книге Элеанор Коэрр - 644, остальные доделали одноклассники. По экспозиции Мемориального музея мира в Хиросиме - больше тысячи. Так или иначе, бумажный журавлик стал символом памяти и надежды. И это хороший разговор для майских выходных: тихий, без парадного звука, через одну руку и один лист бумаги.
Нужен один квадратный лист. Для первого раза удобнее 15×15 см. Сначала складываете квадрат по диагоналям, потом пополам по горизонтали и вертикали, собираете маленький квадрат, вытягиваете ромб, формируете шею, хвост и голову. Первый журавлик у пятилетнего займёт 20–30 минут вместе со взрослым, у семилетнего - около 15.
В каждой семье есть какой-то след войны. Где-то медаль, где-то одно имя на стене, где-то фотография молодого человека в форме, и больше ничего. Лучший способ поговорить с ребёнком 5–7 лет о войне - не лекция и не парад, а старый семейный фотоальбом и пара историй о конкретном человеке.
Не «миллионы погибших», а «вот этот мужчина - твой прадедушка, его звали Иван, и он был самый высокий в роте». Не большая дата, а имя, профессия, одна-две детали, которые вы точно знаете. Если чего-то не знаете, так и говорите: «не знаю». Это тоже часть семейной памяти.
Как думаешь, сколько ему здесь лет? На кого из нас он похож? Кем он мог работать? Что он любил? Такие вопросы мягче, чем «давай поговорим о войне», и часто приводят к более честному разговору.
В мае Москва и большая часть европейской России цветёт сиренью примерно две-три недели, обычно с конца апреля до середины мая. Это короткое окно, в которое можно играть в одну простую игру: гулять, ориентируясь не на карту и не на маршрут, а на запах.
Сирень пахнет сильно, метров за двадцать-тридцать в безветренный день её слышно. Договоритесь, что вы идёте «на запах»: почувствовали сирень - туда. Пропал запах - ловите следующий. Ребёнок 4–7 лет от такой игры обычно в восторге, потому что это его масштаб задачи: просто понюхать и пойти.
Собирайте «коллекцию запахов мая»: сирень, скошенная трава, мокрый асфальт после дождя, цветущая яблоня, старая лестница в подъезде, чай у бабушки на скамейке. Потом дома составьте список запахов этого года. Через пять лет это может оказаться одним из самых нежных семейных воспоминаний.
В каждой кисти сирени попробуйте найти цветок с пятью лепестками вместо обычных четырёх. По старому поверью, такой цветок надо съесть и загадать желание. Ботанической пользы нет, но процесс поиска занимает ребёнка минут на двадцать, а это уже неплохо.
В средней полосе России май это пик птичьего пения. Соловьи, кукушки, иволги, чёрные дрозды, зяблики, зеленушки. К концу мая всё это поёт одновременно с раннего утра до темноты. Это короткое окно в три-четыре недели, и оно хорошо работает в паре с предыдущим блоком про сирень: одна прогулка на запах, другая на слух.
С маленьким ребёнком игра простая. Выходим во двор или открываем окно на десять минут и считаем, сколько разных голосов слышим. Не пытаемся определять, какая именно это птица, просто отмечаем: вот один, вот другой, вот третий. Через несколько вечеров ребёнок 4–6 лет начинает узнавать «голос соседского зяблика» сам.
Merlin Bird ID от Корнеллской лаборатории орнитологии это бесплатное приложение, которое определяет птиц по голосу в реальном времени. Включаешь Sound ID, держишь телефон в направлении пения, через несколько секунд приложение показывает, что это за птица. После загрузки птичьего пакета для региона оно работает офлайн и может распознавать несколько птиц в одной записи.
Сюжет такой: цирковой лев Бонифаций узнаёт, что у людей бывают каникулы, и просит директора цирка отпустить его в отпуск. Едет в Африку к бабушке, мечтает поймать золотую рыбку и нежиться на солнце. Но на берегу озера его обступают местные дети, которые никогда не видели цирка. Бонифаций не может им отказать. Так весь отпуск проходит в представлениях, а на рыбалку он попадает за минуту до отъезда обратно в цирк.
Это идеальный комментарий к длинным выходным: Бонифаций мечтал отдохнуть и не отдохнул, потому что не смог сказать «нет, сегодня я никому ничего не покажу». В детях это работает на простом уровне: лев такой добрый, он всех любит. Во взрослом включается узнавание: я тоже Бонифаций, и мои выходные прошли в развлечении других людей.
Это третья режиссёрская работа Фёдора Хитрука, который позже сделал советского «Винни-Пуха». Сценарий написан по сказке чешского автора Милоша Мацоурека «Бонифаций и его племянники». Художник-постановщик Сергей Алимов нарисовал того льва с круглой мордой и грустными глазами, который стал одной из визитных карточек советской анимации.
В мае на даче, в парке и на любой полянке у воды появляется одна и та же проблема: трава мокрая, земля холодная, скамейка занята. Хороший плед-коврик решает её один раз и на пять лет вперёд. На нём можно сидеть, лежать, кормить ребёнка, читать и играть в карты.
Подложка. Нужна водонепроницаемая: PVC, PE или алюминизированный слой снизу. Без подложки плед промокает за пять минут.
Размер. Для семьи из двух взрослых и двух детей минимум 180×200 см. Для одного взрослого с ребёнком хватит 140×170 см.
Складная сумка. Хорошие модели складываются в собственный карман с ручкой или ремешком. Без этого через месяц плед будет лежать комом.
Материал верха. Флис мягче, но дольше сохнет. Гладкий полиэстер удобнее для еды и протирается тряпкой.
Если плед будет жить на даче, можно купить старое одеяло на «Авито» и положить под него туристическую пенку. Получится толще и теплее любого правильного пледа, но больше и тяжелее.
Возьмите один лист бумаги, любого цвета. Сядьте с ребёнком где-нибудь, где удобно. Сложите вместе одного журавлика. Не тысячу, не десять. Одного. Положите его на подоконник, в книжный шкаф, на полку. Пусть стоит.
Если ребёнок спросит, зачем, расскажите про Садако. Если не спросит, можно ничего не говорить. Один маленький бумажный журавлик это уже маленькая память.
Если получился хотя бы один журавлик, выпуск выполнен. Вы великолепны.
Бот поможет понять, как одеть ребёнка по погоде, и будет местом, куда можно отправлять свежие дайджесты.
Открыть @sloika_ibotЕсли выпуск оказался полезным, можно скинуть 10, 15 или 50 рублей. Это не пафосный сбор, а способ сказать: «окей, продолжайте, это правда нужно».
Мама, я гуляю